RE: Северо- и южноэстонские наречия
Перечисленные морфологические особенности южноэстонского говорят и о целом ряде фонетических отличий. Так, гармония гласных утрачена не во всех южноэстонских диалектах (юж. hädä, silmä = сев. häda, silma). Инлаутные полузвонкие смычные и s могут реализоваться в южноэстонском как звонкие (g, d, b, z). Часты случаи деназализации (юж. kuńigaz = сев. kuningas). Ряды чередований ступеней согласных отличны от североэстонских и более широки по охвату (сев. Nom suurem ~ Gen suurema = юж. Nom suuremB ~ Gen suureppa). В южноэстонском сохранились прибалтийско-финский ауслаутный h (юж. pereh = сев. pere), и вокализация ПФ *kl произошла не во всех позициях (*kakla > сев. Nom kael, Gen, Part, Ill kaela = юж. Nom kaal, Gen kaala, Part, Ill kakla). С другой стороны *ks и *ps дали в южноэстонском t’s’ (сев. kaks, laps = юж. kat’s’, lat’s’)
Приведёнными примерами далеко не исчерпываются отличия южноэстонского наречия, поскольку кроме фонетического отличия слов существуют собственно диалектизмы, заимствования (напр., из латышского), которых нет в североэстонском и т.п.
Поэтому часто можно услышать шутку, что человек из северной Эстонии понимает финна из Турку лучше, чем эстонца из Тарту.
śeχereśada ńenza jawna heχewaʔ hańaʧejʰ merʰ tewŋgunaʔ
|