I. G.
Розовый кардинал
Сообщений: 1713
Зарегистрирован: 17.06.12
|
Статьи из сборника "Этнолингвистика. Ономастика. Этимология"
Е. Л. Березович
Екатеринбург
О современных задачах семантико-мотивационной реконструкции в топонимии*
Семантико-мотивационная реконструкция в современной лингвистике расширяет свои задачи, в число которых теперь входит не только объяснение первоначального значения этимона, но и воссоздание всей полноты номинативной и культурно-прагматической ситуации, способствовавшей появлению как отдельных слов, так и целых лексико-семантических полей и их последующему смысловому развитию. В докладе анализируются некоторые современные задачи семантико-мотивационной реконструкции в области топонимии, причем внимание уделяется не «штучной» работе с лексически темными фактами, а системной интерпретации топонимических рядов и полей.
1. К настоящему моменту в топономастике накоплены описания семантических моделей в топонимии отдельных территорий, обозначающей различные классы географических объектов. Таких описаний недостаточно (точнее, очень мало) для «покрытия» территории России, но достаточно для того, чтобы составить представление о наиболее продуктивных моделях. «Сухой остаток» образуют семантические типы, реализуемые единичными названиями в каждой локальной топонимической системе, которые нередко остаются не проинтерпретированными, поскольку смысловые параллели для них обнаруживаются лишь за пределами локальных систем. В первую очередь это касается основ, не связанных напрямую с типичным денотативным пространством топонимии (ландшафт, флора, фауна, постройки и пр.). Задача современного этапа видится во включении подобных «несистемных» названий в максимально широкий контекст макросистемы русской топонимии, что позволяет увидеть их варьируемую повторяемость, дающую ключ к интерпретации. Примером могут служить «деятельностные» топонимы, обозначающие разовые события или повторяющиеся ситуации, связанные с географическими объектами: так, арх. Мызгунья, костр. Сынькало, свердл. Понужалка, влг . Выпрягово, влг . Распрягальница и др. обозначают возвышенности, которые трудно преодолеть на лошади (ее надо распрягать или погонять – мызгать, сынькать, понужать).
2. Топонимисты всегда пытались учитывать историко-географические и культурные условия, в которых функционируют объекты номинации. Углубление метода Wörter und Sachen в топонимии требует внимания к прагматике, к ситуации взаимодействия реалии и номинатора, задающей выбор точки зрения, фокуса эмпатии. К примеру , Поклонные Горы (Поклонницы) в топонимии Русского Севера, Поволжья, Среднего Урала в большинстве случаев означают возвышенности, с которых отдавали поклон церкви, расположенной неподалеку . В ландшафтных условиях указанных территорий люди шли в церковь, как правило, по лесным дорогам – поэтому особо отмеченной оказывалась та точка, с которой открывался вид на церковь (здесь не только кланялись, но и переодевались в выходную одежду и т. п.).
3. Появление электронных способов хранения информации и возможность создания баз данных облегчают использование лингвостатистического анализа при семантической реконструкции топонимов. Он наиболее эффективен по отношению к «топонимии больших чисел», т. е. к обширным топонимическим массивам, в пределах которых наиболее явно прослеживаются закономерности распределения частотности названий, принадлежащих определенным тематическим группам и рядам.
Учет частотности (равно как и лакун внутри семантических полей) в топонимической семасиологии играет особую роль, поскольку отбор основ при топонимическом (и вообще ономастическом) словопроизводстве является значительно более строгим и ценностно ориентированным, нежели в области нарицательной лексики.
Избирательность топооснов повышает значимость их этнолингвистической интерпретации. С другой стороны, анализ частотности отдельных основ в топонимии и в целом в ономастике может оказать существенную помощь в воссоздании картины бытования соответствующих нарицательных слов, выяснении степени их распространенности, семантических объемов и др. (это особенно важно, если учесть, что диалектная речь не фиксируется на письме, поэтому анализ лексической частотности затруднен). Так, топоосновы тематической группы «Хищные птицы» (кроме ночных), представленные не менее чем в двух топонимах, на Русском Севере имеют следующее распределение частотности реализаций: сокол – 68; коршун – 15; орел – 8; ястреб – 4; канюк (каня) – 3; кречет – 1; габук – 0,5; балабан – 0,5 (числа означают проценты топонимических реализаций основы в пределах всей тематической группы). Различие показателей объясняется культурными (в широком смысле) факторами (присутствие / отсутствие птиц в пространстве человека, степень опасности их для домашних животных, особенности гнездовья и т. д.), а также собственно языковыми (слово сокол обладает наиболее обобщенной семантикой, обозначая различные виды птиц не только семейства соколиных, но и сходных семейств).
4. Важно выявить перечень собственно топонимических мотивационных моделей, т. е. мотивационных формул, которые не фиксируются во внетопонимическом употреблении, хотя основаны на апеллятивной лексике. Особенно интересны модели с высокой степенью идиоматичности. Например, к числу собственно топонимических относятся модели «без- + названия видов одежды, закрывающей нижнюю часть туловища и ноги» и «голо- + названия соответствующих частей тела», в рамках которых функционируют топонимы Безгачиха, Бесштанница, Беспорточное, Голопупиха, Голожопица и др., обозначающие небольшие речки, ручьи, сырые низины и др., для перехода которых нужно раздеться по пояс. Важно выяснить причины, ограничившие сферу реализации подобных моделей проприальными именами. Эти модели составляют значимую, но практически не изученную часть мотивационно-номинативного фонда национального лексикона.
狐狸
|